Ивану Неплюеву

Памятники И.И.Неплюеву

П.Юдин («Исторический вестник», 1899, Июнь)

 

В прошлой жизни отдаленного Оренбургского края, обширного и в былое время пограничного, насчитывается немало людей обширного ума, замечательных административных, военных и общественных деятелей. Только о немногих из них сохранило благодарную память потомство, и местные биографы и историки посвятили свои досуги описанию и оценке их плодотворной общественной деятельности.

Лишь одному тамошнему администратору, первому губернатору оренбургскому (1744 — 1758) и организатору Оренбургской окраины, тайному советнику Ивану Ивановичу Неплюеву, выпал счастливый жребий заслужить признательность последующих поколений. Немало статей, очерков и заметок, посвященных его памяти, разбросано в периодических изданиях, даже составлена целая пятитомная монография* о нем, а ныне полезная деятельность его оценена с высоты престола: «по ходатайству Оренбургской городской думы, в 31-й день декабря 1898 года, состоялось высочайшее разрешение на открытие сбора добровольных пожертвований для сооружения в г. Оренбурге памятника Неплюеву, как организатору Оренбургского края».

В виду этого, нам кажется нелишним на страницах исторического издания сказать несколько слов по поводу этого предполагаемого сооружения, долженствующего увековечить в потомстве неувядаемую память о Неплюеве именно в том городе, который создан его трудами в диком до того крае, посреди широкой степи, на рубеже непокорных варварских племен, чтобы быть всегда на страже от дерзкого вторжения кочевников внутрь страны, управлять и руководить ими и, при случае, заставлять их повиноваться России, — и который, благодаря этому, с тех пор получил название «столицы степей»,— а также попутно рассказать и о других памятниках покойному, увы, не известных не только его биографам, но даже многим жителям Оренбурга.

Всех сооружений, исключительно посвященных имени Неплюева и так или иначе напоминающих о его деятельности, в степной столице в настоящее время насчитывается три. Первым по времени таким напоминанием, воздвигнутым еще при жизни Неплюева, хотя до сей поры мало известным и почти всеми позабытым, являются каменные ворота, стоящие ныне в конце Николаевской улицы (главной в городе), против бывшего генерал-губернаторского дома**, между бульваром и оранжереей оренбургского отдела императорского общества садоводства, на правом нагорном берегу Урала, как раз при спуске по нарочито устроенной каменной лестнице к летнему пешеходному мостику.

Ворота эти, сложенные из кирпича и окрашенные белой краской, имеют 6 аршин ширины и З. 1/2 аршина вышины. В боковых глухих калитках их (как указано на рисунки № 1), в углублениях с лицевой стороны, вставлены две грубо обделанные из белого камня статуи, изображающие ангелов с щитами и пальмовыми ветвями в руках. На верху, на перекладине, между маленькими четырехскатными крышами, утверждены ребром три, соединенные вместе позади железными скобами, плоские белые камни, из коих на двух боковых видны различные предметы старинного вооружения: знамена с древками, ружья, секиры, копья, ядра, топоры, барабаны, сигнальные рожки, литавры, трубы и задние части орудий. На среднем, гораздо большем против двух первых, высечен увенчанный императорской короной российский государственный герб с переплетенными в средине его инициалами императрицы Елисаветы Петровны — «Е. Р.», а под низом его цифра «1755» год.

Памятник этот был прислан государыней из Петербурга в виде награждения Неплюеву за усмирение башкирского бунта 1755 года***, и тогда же, ради большего напоминания туземцам об этом печальном событии, вышепоказанные арматурные украшения были поставлены поверх (на карнизе) водяных ворот Оренбургской крепости, обращенных лицом к Уралу на корпусную  сторону,  по Яицкой (ныне Водяной) улице, где украшения были расположены на одной высоте: по средине камни с надписями, а по бокам ангелы (см. рис. № 2), что еще помнят многие старожилы Оренбурга.

В 1862 году, 11-го июня, последовал указ об упразднении в Оренбурге крепости, как уже утратившей свое значение. Летом следующего года, при разрушении крепостного вала, памятник этот был снят с водяных ворот и долгое время валялся в запустении. Лишь с приездом в 1864 году в Оренбург нового генерал-губернатора, генерал-адъютанта Н. А. Крыжановскаго, ангелы и арматурные украшения были снова вынесены на свет Божий из сараев интендантских складов и пристроены к воротам собственной его оранжереи, перешедшей потом к оренбургскому отделу императорского общества садоводства ****.

Вторым памятником Неплюеву служить кадетский корпус его имени, открытый в 1824 году, по инициативе императора Александра I, на средства местных дворян и получивший с высочайшего соизволения название «Неплюевского». До 1844 года корпус этот именовался военным училищем, потом (до 1867 г.) корпусом, военной гимназией (до 1882 года) и, наконец, вновь кадетским корпусом,  коему  в текущем году,  4-го августа, исполняется 75 лет существования. Сначала до перевода в 1872 году в нынешнее громадное каменное четырехэтажное здание на Караван-Сарайской площади, училище это помещалось в домах, занимаемых теперь женскими гимназией и прогимназией, на углу Введенской и Петропавловской улиц, и поэтому с того же времени последняя улица была переименована в Неплюевскую, сохранив свое название и по сию пору, служа, таим образом, третьим напоминанием о бывшем первом оренбургском губернаторе.

Наконец, четвертым грандиозным монументом в честь покойного воздвигнуть в Оренбурга на Сакмарской площади, служащей продолжением площади Караван-Сарайской, новый кафедральный собор во имя Казанской иконы Божьей Матери, заложенный 8-го сентября 1886 года и оконченный постройкой вчерне в 1895 году: хотя в главном приделе производится служба, но собор еще не отделан ни внутри (живописью), ни снаружи, на что, как говорят, потребуется еще свыше 160 тысяч рублей помимо уже затраченных 350 тысяч рублей.

Предполагаемый ныне к сооружению новый памятник Неплюеву будет, таким образом, по счету пятым о нем напоминанием.

Мысль о сооружении его впервые возникла среди горожан в 1893 году, во время празднования 6-го ноября 200-летия со дня рождения Ивана Ивановича, но недостаток средств в городской кассе заставил отложить на время задуманное предприятие. Теперь же, может  быть, недалеко то время, когда Оренбург украсится новым капитальным сооружением.

Смотря по собранным средствам, до более детальной разработки памятника оренбургская дума пока остановилась на таком интересном проекте.

На каменном постаменте возвышается пирамидальной формы гранитная четырехгранная колонна с бронзовым бюстом покойного на вершине её. Со всех сторон колонны врезываются чугунные доски с изображениями важнейших моментов его жизни и деятельности и с соответствующими под ними надписями. Так, например, на лицевой стороне будет красоваться герб дворян Неплюевых с надписью о том, когда он им пожалован, и биографическими датами о рождении, смерти и времени управления краем Ивана Ивановича. На противоположной стороне — герб г. Оренбурга и дата о дне его основания на нынешнем месте. Наконец, на двух других сторонах вставляются рисунки вышепоказанного памятника усмирения башкирского бунта 1755 года в прежнем и настоящем видах.

Памятник предполагается поставить среди цветочной куртины так называемого нового садика, лицом к Неплюевскому кадетскому корпусу так, чтобы на Караван-Сарайской площади были сосредоточены все сооружения, о нем напоминающие.

К сожалению, опять остаются почти забытыми где-то в глуши пожалованные Неплюеву арматурные украшения 1755 года. Вот их-то, по нашему мнению, и следовало бы скорее всего перенести на показанную площадь и уставить в воротах нового садика против корпуса в том же самом виде, как они стояли раньше на водяных воротах Оренбургской крепости, устроив для них точно такие же ворота.

И тогда можно было бы вполне сказать, что все памятники Неплюеву сосредоточатся на Караван-Сарайской площади, заменив, кстати, и татарское название последней более приличествующим названием «Неплюевская площадь».

 

_________________________________________________________________________________

 

*          «И. И. Неплюев и Оренбургский край» Витевского. По второму изданию три тома.

**        Ныне в этом доме помещается Казенная палата.

***      См. «Оренбургские губернские ведомости», 1890, №29, стр. 5-6.

****     В. Н. Витевский в своей монографии  «Неплюев и Оренбургский край» (вып. II, стр. 188), уверяет, что «водяные ворота сохранились до сих пор и находятся к пешеходному мосту через Урал на Бухарскую (sic) сторону», а о сооружении этого памятника не обмолвился ни единым словом. Очевидно, он даже не подозревал о его существовании так же, кстати сказать, как не знал о существовании многих документов к биографии Неплюева, хранящихся в архивах Тургайском (хотя данными последнего он и пользовался), Уфимском и Оренбургском (центральном). Монография его есть сплошное восхваление Неплюева и совсем не касается отрицательных сторон его деятельности, как будто он не имел никаких слабостей и недостатков. В рецензии нашей (в № 474 «Камско-Волжскаго края» за 1897 год) мы указали ему недостатки его книги, перечислив некоторые весьма существенный ошибки Неплюева: 1) основание Оренбурга на нынешнем месте — в голой степи, не защищенном никакими естественными преградами и не имевшем никаких выгод и преимуществ ни в стратегическом, ни в тактическом, ни в экономическом, ни в торгово-промышленном отношениях; 2) переселение в Оренбургский сплошь инородческий край в 1744—1745 годах Кундровских (Астраханской губернии) и Казанских татар, когда требовалось обрусить пограничные провинции, о чем заботились предшественники Неплюева, т. е. Татищев и князь Урусов; 3) неумелое управление киргизами и, наконец, 4) неправильная организация и устройство казачьих войск, особенно Оренбургского, заставившая впоследствии (до 1844 года) снова переселять казаков с одного места на другое. Кроме того, мы опровергли неверные данные монографии о первом появлении в 1584 году казаков на Яике и их подданстве России во времена Михаила Феодоровича, когда уже в 1580 году казаки эти разгромили столицу ногайского хана Сарайчик (на Яике) и в 1591 году ходили по приказу царскому против Шамхала Тарковского. Указаны были спутанные даты о построении гг. Уфы, Бирска, Мензелинска и Оренбурга, неверные сведения о разделении киргизских родов, сборе с киргизов ясака до 1736 года, о посылке в степь первого торгового каравана в 1738 году, когда такой караван был отправлён еще в 1734 году, о возникновении в Оренбурге Неплюевского училища и т. д., подтверждая наши доводы неизвестными автору монографии архивными документами. Но против всякого ожиданья, вместо того, чтобы быть благодарным за наши указания, г. Витевский выступил против нас (в № 503 «Камско-Волжскаго Края») с резким ответом и при вторичном изданы своей монографии нисколько не позаботился исправить допущенные ошибки. А между тем сам сетует (в предисловии к 2 вып. 1890 года), что местная (т. е. казанская) печать «и словом не обмолвилась» о его труде.

Фотоархив

Яндекс.Метрика